Виктор Гехт. «Сын полка»

Виктор Гехт. «Сын полка»

Виктора Гехта раньше звали Изидор, а по-польски — Дзюнек. С приходом немцев он стал малолетним узником гетто г.Бучач (Галиция), а впоследствии сыном полка в 3-й Гвардейской танковой армии маршала П.Рыбалко. В 1944-м году мальчик служил в полевом госпитале, затем был направлен в Суворовское училище. В своей книге «Воинское звание – воспитанник» наш собеседник описал трагические годы оккупации, когда в ходе расстрелов, в бесчеловечных условиях гетто погибли почти все местные евреи. Потеряв мать, отца, сестер, сам 10-летний Виктор чудом уцелел. Надо отметить, что в Бучаче евреи жили с самого его возникновения, прославив город своими национальными традициями и выдающимися персонажами, например лауреатом Нобелевской премии Шмуэлем Агноном и «охотником за нацистами» Симоном Визенталем. До 1939-го городок входил в состав Польши. К сожалению, почти все местные евреи погибли во времена Холокоста.

«Моя мать Пепа Гехт (в девичестве Гиршгорн) работала в гимназии, а потом в средней школе учительницей биологии и географии. Отец Самуэль Герш (Герман) Гехт занимался закупками и поставками зерна. Бабушка Роза (Рейза Шушана) Гиршгорн умерла в Израиле в 1963-м году, дедушка Шимон Гиршгорн был на десять лет старше бабушки и скончался осенью 1941-го года от сердечного приступа, не выдержав нацистских издевательств. Они дали жизнь и образование четырем дочерям, трое из которых – Пепа, Маля и Яна (Хана) погибли в огне Холокоста. Осталась жива только Бетти, которая с мужем уехала в Палестину до войны.» – начинает свой рассказ ветеран.

В семье Виктор был единственным, избалованным ребенком. Его дедушка регулярно ходил в синагогу, являлся там старостой, а его родители считались в меру религиозными. При этом, Гехты соблюдали кашрут, к субботе его мама пекла халу и зажигала свечи. Основные религиозные праздники отмечали дома: «Накрывался праздничный стол со сладостями и вином в серебряной посуде, на Хануку у нас горели не свечи, а фитили в масле. Отец накидывал покрывало (талес), прикреплял ремешками на лоб и руку черные коробочки (тфилин) и молился. Очень хорошо помню счастливые субботы, когда мы, нарядные, ходили в гости к бабушке на обед. На Пурим мне покупали деревянную трещетку. Я получил домашнее еврейское воспитание – еврейское отношение к жизни и окружающим. Родители и родственники были скромными, трудолюбивыми, с соседями иных национальностей не ссорились, основным языком нашего общения стали польский и идиш. С 1944-го года я разговариваю, пишу и думаю только по-русски.» – с ностальгией вспоминает Виктор.

Когда пришла война, немцы быстро заняли местечко и начали сгонять евреев в гетто, попала туда и семья Виктора. Для гетто была выделена целая улица, его обитатели скученно ютились по 20-30 человек в одной — двух комнатах, без воды, еды и отопления. Наш собеседник вспоминает, что сначала у несчастных еще имелась возможность иногда выйти из заточения, чтобы обменять что-то из товаров, получив взамен какой-то еды. Но евреев постепенно уничтожали, на улицах лежало около сотни грудничков с прострелянными головами, малышей вырывали у кричащих матерей, убивали, бросали в кучу. Мальчик, его родители и родственники поначалу прятались, заранее рыли себе схроны, их не находили. Но потом мама Виктора трагически погибла, она вышла за территорию, хотела достать там что-то из еды. Когда женщина возвращалась, ее зачем-то окрикнул полицейский – украинец, выстрелив ей в живот. Виктор с папой ждали ее и услышали этот выстрел, узнав потом подробности. Раненую, истекающую кровью ее отволокли в тюрьму, где она умерла в страшных муках, с именем сына на устах.

«Даже не могу себе представить, как родителям удавалось добывать что-нибудь из еды. Вспоминаю один из таких «обедов»: в миске — красная от свеклы жидкость, в ней плавают кусочек свеклы и пять-шесть фасолин. Если удавалось съедать одну — полторы картофелины в день, это казалось большим событием.» – говорит Гехт.

Дальнейшая судьба гетто также трагична, оно было уничтожено, а всех, кто остался в живых, в основном мужчин, включая самого Виктора и его папу, перевели в рабочий лагерь. Там дробили камень, делали гравий, иногда сын ему помогал. В одну из темных дождливых ночей группа людей, включая нашего героя с отцом, смогли бежать. Изможденные люди скитались по лесам, оврагам, полям, без еды и воды, слизывая воду с листьев, когда хотелось пить. Но вот на улице стало холодно, и на одном из хуторов беглецов пригрела польско-украинская семья Иосифа и Варвары Заривных, Иосиф – поляк, Варвара – украинка, они оказались смелыми и добрыми личностями, воспитывая в те годы сына Бронислава, 17-ти лет. Кроме Виктора Гехта с папой, там прятались его бабушка и тетя с маленьким ребенком. В укрытии, они питались утром и вечером тем, что оставляли им Заривные.

Однажды вечером, внук с бабушкой находились в хате, а тетя с ребенком и с папой Виктора — в сарае. В этот момент нагрянули отступающие немцы. Послышалась немецкая речь, тогда папа, тетя и ее дочка решили бежать в лес. Если бы их нашли, хозяев бы моментально расстреляли, и они помчались. А внук с бабушкой, услышав шум, поднялись по лестнице на чердак и спрятались. Пока папа, тетя и маленькая девочка пытались убежать, их убили, наш герой слышал эти выстрелы, их предсмертные крики.

В последних числах февраля 1944-го года, уцелевшие скитальцы вернулись в город, только что освобожденный Красной Армией, где все было разрушено. Потом немцы снова стали наступать, опять ненадолго заняли Бучач, и оставшиеся евреи, еще имевшие какие-то силы, ушли дальше, на восток. Скитались и мальчик с бабушкой, просили у крестьян какую-то пищу, чтобы выжить. Однажды, Виктор набрел на госпиталь, попросив там поесть. Им заинтересовался один из офицеров и позволил, как сироте, остаться с медиками, после разрешения начальника госпиталя.

Удивительно, что бабушка Виктора впоследствии также выжила, уехав затем в Израиль к единственной уцелевшей дочке, но с внуком больше не виделась.

В госпитале сироту переобули, переодели, сожгли его старую, грязную, рваную одежду. Из вшивого, обессилевшего, запуганного «скелета» он постепенно превращался в обычного парнишку, которого все вокруг называли «сыном полка». Он помогал ухаживать за больными, ранеными, ведь любая пара рук тогда не была лишней. С этим госпиталем Гехт прошел оставшуюся часть Украины, добрался до Польши. Наконец пришло время, чтобы сесть за парту, и его решили WhatsApp Image 2021-08-11 at 15.20.21 (1)отправить в тыл. Надо отметить, что с 1941-го по 1944-й годы школьник не учился, имея огромный пробел в знаниях. Проверив его грамотность, одна из медсестер, бывшая учительница, сообщила ему, что по возрасту он должен учиться в 5-м классе, но при Викторе не имелось никаких документов: «Забудь, что ты – 1931-го года рождения. Запишем, что подобрали тебя в 10-летнем возрасте». – сказали ему взрослые и отправили в Суворовское училище. Будучи неграмотным, почти не зная русского языка, Виктор надолго там не задержался и попал в подмосковный детский дом с добрыми воспитателями, которые научили ребят трудиться на своем куске земли, принадлежавшем воспитательному учреждению. О том своем новом пристанище он и по сей день вспоминает с необычайной теплотой.

Виктор Гехт окончил в детском доме семь классов с отличием, получив возможность продолжать образование на содержании государства, поступил в Кунцевский радиомеханический техникум, работал на заводе, заочно окончил четыре курса Энергетического института, отслужил в Советской армии, окончил МВТУ им.Баумана, женился: «Считаю, мне повезло. Я состоялся, не пропал, у меня прекрасная семья, я уже — прадедушка, а жизнь — лучший подарок! Все, чего я добился, создано своей головой, своим трудолюбием.» – уверяет наш герой.

В написании книги своих трагичных, тяжелых воспоминаний под названием «Воинское звание – воспитанник», ему очень помогли сотрудники НПЦ «Холокост», а ветеран сумел изложить на ее страницах все произошедшие с ним ужасы войны: «Мир должен обязательно узнать обо всем, что со мной произошло, чтобы те страшные события никогда не забывали! В Украине и России осталось только по одному еврею, пережившему в Бучаче Холокост. В России – это я, а на Украине – Давид Максимович Ашкенази (1934-го года рождения). Есть еще небольшая горсточка лиц в Израиле и Америке. Остальные – замученные и растерзанные, а порой и заживо погребенные лежат в 14 братских могилах — рвах в окрестностях Бучача. Более 3000 человек было вывезено для уничтожения в лагерь Белжец. Все эти цифры задокументированы Чрезвычайной комиссией по расследованию злодеяний фашистов. В акте приведена карта местности, где зафиксирована каждая из 14 могил – рвов, с указанием количества евреев, погребенных там. Для наглядности: в ноябре 1942-го года, в среднем, в Украине погибало 1700 евреев ежедневно – 70 человек в час. Выжить моим собратьям в Украине было почти невозможно.»

Во взрослом возрасте, Виктор Гехт во что бы то ни стало захотел найти своих спасителей, отправившись в Бучач, но ничего не смог там обнаружить. Хутор давно сгорел, его обитатели уехали в Польшу. В Центре «Холокост» ему посоветовали написать письмо в местную газету о том, что разыскиваются граждане по фамилии Заривные. После вышедшей публикации с ее автором связалось три семьи, одно из посланий было написано детьми брата его спасительницы, Варвары Заривной. Они наконец встретились, родственники Варвары рассказали, что давно знают чудовищную, печальную историю Гехтов: «Израильский мемориальный комплекс «Яд Вашем» признал моих спасителей Праведниками народов мира. Им выслали соответствующие документы и какое-то вознаграждение, их имена выгравированы на музейной Стене Почета. Кто ищет, всегда находит, главное — не опускать руки.» – завершает наш разговор бывший малолетний узник гетто.

Сегодня он благополучно живет в Западном округе Москвы, является одним из руководителей Московской организации бывших узников фашизма, членом НПЦ «Холокост», а свою спасенную жизнь называет «лучшим подарком».

Комментирует историк, заведующий архивным отделом НПЦ «Холокост» Леонид Терушкин: «Книга «Воинское звание — воспитанник» первый раз была издана в 2009-м году и быстро разошлась. Виктор Гехт сам передавал ее ребятам и взрослым на встречах со школьниками, педагогами, студентами, рассказывая о своей жизни. В 2018-м году вышло второе издание, дополненное рядом новых фотографий и статьей Гехта из энциклопедии «Холокост на территории СССР». Тем, кто хочет подробнее узнать биографию этого уникального человека, познакомиться с другими судьбами поколения еврейских мальчишек середины 20-го века, очень рекомендую внимательно прочесть его книгу, написанную автором без пафоса, просто, доверительно и доходчиво.

 

 
19.08.2021 / создан / в ,
Комментарии

Комментарии запрещены